29.10.2026 18:25
Аналитика.
Просмотров всего: 145; сегодня: 145.

Розенберг, теперь настал ваш час

Дневник идеолога нацизма (1)

Сообщения о том, что в США "обнаружен" дневник одного из идеологов Национал-социалистической немецкой рабочей партии (НСДАП) Альфреда Розенберга, появилось в июне 2013 г.

Музей истории Холокоста в Вашингтоне опубликовал тогда официальное заявление, в котором сообщил: "Документ представляет очевидную значимость для изучения эпохи нацизма, в том числе истории Холокоста. Предварительный анализ содержимого дневника указывает на то, что этот материал прольёт свет на ряд важных аспектов, касающихся политики Третьего рейха. Дневник станет важным источником информации для историков, который дополнит и частично оспорит уже известные документы" (2). Заявление стало для исследователей большой неожиданностью: фрагменты дневника были представлены в качестве свидетельств обвинения на Нюрнбергском процессе, после чего пропали. 70 лет о них не было слышно. А после войны, в 1949 г., в США вышла книга под названием "Мемуары Альфреда Розенберга. Последнее завещание одного из самых опасных людей истории" (3), которые были снабжены "аналитическими комментариями" неких С. Ланга и Э. фон Шенка и представляли собой довольно вольную компиляцию записей, сделанных Розенбергом во время Нюрнбергского процесса.

Эта книга крайне спорная (записи в ней, опубликованные без всяких подтверждений, перепутаны с комментариями) и поэтому практически не введённая в научный оборот, исследователи предпочитают на неё не ссылаться (4). С этим связано было и настороженное отношение историков к появлению записок Розенберга: "Может ли этот дневник перевернуть представления? На мой взгляд, этого быть не может. Могут появиться новые оценки его соратников в партии, новые распоряжения Гитлера – эти нюансы очень интересны и нужны для историков. Но кардинально нового там ничего появиться не может" (5).

При всём этом уже сама личность А. Розенберга – одного из главных немецких военных преступников, имевшего доступ к высшим секретам нацистской Германии – делает его дневниковые записи ценным историческим документом. Этот человек, повешенный по приговору Нюрнбергского трибунала 16 октября 1946 г. в возрасте 53 лет, был довольно спорной фигурой. С одной стороны, этот уроженец Эстляндской губернии Российской империи был старейшим и ближайшим соратником А. Гитлера, заявлявшим о себе как о втором по значимости после Гитлера идеологе движения. На протяжении своей карьеры Гитлер неизменно выдвигал своего старого соратника на ведущие посты в Германии. Он был руководителем Боевого союза за германскую культуру, депутатом рейхстага, главой Внешнеполитического управления (АПА) Имперского руководства НСДАП, рейхслейтером, уполномоченным фюрера по контролю за общим духовным и мировоззренческим воспитанием и, наконец, с июля 1941 г. – имперским министром восточных оккупированных территорий. В приговоре Нюрнбергского трибунала о деятельности Розенберга, в частности, говорилось: "Будучи признанным идеологом партии, он развивал и распространял нацистские доктрины в редактировавшихся им газетах "Фёлькишер Беобахтер" и "Национал-социалистише Монатсхефте", а также в многочисленных книгах, которые были им написаны… В качестве руководителя АПА Розенберг стоял во главе организации, агенты которой активно участвовали в нацистских интригах во всех частях света… Розенберг несёт главную ответственность за создание и проведение в жизнь оккупационной политики на оккупированных восточных территориях... за систему организованного грабежа как общественной, так и частной собственности во всех захваченных немцами странах Европы… Розенберг был осведомлён о зверском обращении и терроре, которые применялись по отношению к народам восточных территорий. Он указывал, что на оккупированных восточных территориях Гаагские правила ведения сухопутной войны были неприменимы. Он был осведомлён об опустошении восточных территорий и принимал в нём деятельное участие, отсылая в Германию захваченные на этих территориях сырьё и продукты питания". После чего следовал вывод: "Трибунал признаёт Розенберга виновным по всем четырём разделам Обвинительного заключения" (6).

Сложно было даже представить, чтобы дневники человека уровня Розенберга просто пропали. Однако оказалось, что для американской системы правосудия не было ничего невозможного. Эти дневниковые записи после окончания процесса были присвоены, т.е. украдены в числе, как выяснилось, тысяч других документов помощником главного обвинителя от США Р. Кемпнером (7) – немецким юристом, вынужденным бежать из Германии из-за своего происхождения (он был наполовину евреем). После его смерти американским властям и Музею Холокоста после длительных судебных тяжб удалось отобрать у его наследников большую часть документов. Однако на тот момент дневника Розенберга среди них не оказалось. Но федеральные агенты предприняли новое расследование и вышли на бывшего секретаря Кемпнера. История завершилась в 2013 г., когда дневники Розенберга были изъяты из частного владения, официально конфискованы, переданы в музей и представлены общественности. Музей оцифровал дневник и выставил как оригинал немецкого текста, так и перевод на своём портале (8). В апреле и декабре 2015 г. вышли издания дневника Розенберга на русском и немецком (9) языках. Отрадно, что русское издание, подготовленное фондом "Историческая память" и изданное при участии Ассоциации книгоиздателей "Русская книга", отвечает самым высоким требованиям. Это и качественный (что в наши дни большая редкость) перевод (С. Визигиной и И. Петрова), и наличие большой вступительной статьи (И. Петров), и большой научный аппарат – указатель и комментарии, подготовленные С. Визигиной, А. Дюковым, В. Симиндеем и И. Петровым.

Появление дневника, в том числе и его русского перевода, это действительно крупное событие. С одной стороны, уже давно не появлялось новых документов по истории нацистской Германии, тем более личных записок одного из её руководителей. С другой – из записей дневника как нельзя лучше видно, кем являлся человек, входивший в десятку наиболее влиятельных персон Третьего рейха и действительно считавший себя выдающимся идеологом всего движения. Мы видим довольно мелкого, ленивого (о чём он сам неоднократно упоминает в дневнике), самовлюблённого, чрезвычайно амбициозного и обидчивого человека, готового обрушиться на всех, кто перешёл ему дорогу, обвинив их во всех возможных грехах. В системе власти Третьего рейха у любого руководителя, а тем более у рейхслейтера (10), противниками были практически все ближайшие соратники – в нацистской Германии шла непрерывная борьба за компетенцию и благоволение фюрера. А у Розенберга соперников было больше, чем у кого бы то ни было: понимая его низкий потенциал, все они пытались увеличить своё влияние за его счёт. Всё, что ни затевал А. Розенберг, заканчивалось крахом. Его попытка стать ментором германской культуры, поставив её под полный контроль Боевого союза за германскую культуру, была сведена на нет Й. Геббельсом, создавшим Имперское министерство пропаганды и народного просвещения. Казалось, что в 1938 г., когда был отправлен в отставку имперский министр иностранных дел барон К. фон Нейрат, должна исполниться заветная мечта Розенберга, но – новым главой Внешнеполитического ведомства стал презираемый им И. фон Риббентроп. Даже на оккупированных территориях СССР рейхслейтеру не удалось справиться ни с всемогущими СС, ни даже со своими подчинёнными Э. Кохом (Украина), Х. Лозе (Остланд), В. Кубе (Белоруссия) и др. Мало того, несмотря на все титанические усилия, его главный труд – "Миф ХХ в." – так и не был признан официальной идеологической работой нацистского движения.

Записи дневника, сделанные, как пишет Розенберг, для личного пользования, а не для публикации (в противовес велеречивым дневникам Й. Геббельса), посвящены различным областям интересов автора: а они были чрезвычайно широки. Много места он уделяет нападкам на "товарищей по партии", самовосхвалению, описанию положительных оценок самого себя, постоянному подчёркиванию своей близости к Гитлеру. Но наряду с этим здесь много записей, связанных с принципиальными вопросами нацистской идеологии, теории и практики политики Третьего рейха. Для отечественного исследователя наиболее интересна позиция Розенберга о противостоянии с СССР, а также его воззрения на будущее России, в том числе и отдельных народов, её населявших.

Розенберг, вынужденный бежать в 1918 г. из Москвы в Ревель, а оттуда с немецкими войсками – в Германию, был последовательным и убеждённым противником как большевиков, так и вообще России как государства. Он рассматривал отстранение большевиков от власти лишь как первую и промежуточную цель, за которой должно последовать отнюдь не восстановление русской государственности, а колонизация Востока. В своём дневнике он прямо писал: "Все германские народы должны быть заинтересованы в Востоке. Сначала отдельные лица, потом группы переселенцев. Не в Америку, а на дикий Восток должно идти переселение после войны. Туда, где когда-то правили готы" (запись от 23 октября 1941 г.) (11). Отторжение им всего, связанного с "восточными областями", было настолько велико, что он не смог принять Советско-германский договор 1939 г. даже в качестве временной меры: "Поездка нашего министра в Москву – это моральное унижение с учётом нашей 20-летней борьбы, наших съездов партии, ситуации в Испании... Фюрер 4 года назад в моём присутствии заметил одному иностранцу: он не может идти вместе с Москвой" (запись от 22 августа 1939 г.) (12). Впрочем, узнав, что санкция поступила от самого фюрера, Розенбергу понадобилось всего-то три дня, чтобы пересмотреть свою позицию: "С исторической точки зрения: подобно тому, как Спарта и Афины поочерёдно призывали на помощь персов, Англия и Германия обращаются сегодня к Советскому Союзу. Англичане первыми предприняли бессовестную попытку натравить Советы на нас, фюрер с учётом существующей ситуации не мог сделать ничего иного, кроме как свести на нет их усилия неожиданным манёвром" (запись от 25 августа 1939 г.) (13). В будущем Розенберг будет точно также менять или сдавать свои позиции, даже, казалось бы, принципиальные, приводя их в соответствие с "генеральной линией" Гитлера.

И всё же главным для Розенберга стала его деятельность на оккупированных территориях СССР. Пост имперского министра по делам восточных оккупированных территорий стал венцом карьеры человека, который ещё с начала 20-х гг. считал себя ведущим специалистом по большевизму, России и славянству в целом, а также по Прибалтике и Украине в частности. "„Розенберг, теперь настал ваш час!“ – такими словами фюрер завершил сегодня двухчасовую беседу [о будущем русских территорий] со мной" (14), – записал он 2 апреля 1941 г. Несмотря на всю свою предыдущую деятельность и пафосные заявления, Розенберг абсолютно не подходил к решению подобных задач. За громкими словами о своей "великой миссии" в его дневниках проскальзывает неуверенность в своих силах: "Чем больше я раздумываю над каждой деталью, просматривая новый военно-географический атлас Нидермайера, тем глубже осознаю, какие же это территории... какая же задача стоит перед всеми теми, кому придётся участвовать в её решении" (запись от 11 апреля 1941 г.)(15). К этой мысли он постоянно возвращается, формулируя её уже с "идеологически правильной" позиции: "Освободить немецкий народ на грядущие столетия от чудовищного гнёта 170 млн, есть ли сегодня более крупная политическая задача!.. Я стою перед задачей подлинно всемирно-исторического масштаба: на основе концепции создать три государственных образования с населением в 90 млн человек, а ещё одно государство (Московию – Россию, ещё 60 млн) всеми политическими средствами развернуть на восток" (запись от 1 июня 1941 г.) (16).

Украинский и прибалтийский вопросы всегда имели для Розенберга большое значение. Он строил планы, не получившие поддержку Гитлера, что "украинский вопрос может быть решён только ясной и чёткой установкой: против московитов и евреев" (запись от 28 марта 1941 г.) (17). Но его отношение и к украинцам, и к прибалтам было резко пренебрежительным: "Эстонцы, латыши и т.д. <…> через некоторое время <…> снова потребуют свою "собственную государственность", как будто Германия только для того и существует, чтобы раз в 20 лет рисковать своей шкурой для всякой мелкоты. Весь этот рейхскомиссариат Остланд под немецкой протекцией должен навсегда стать землёй Рейха" (18), и "лучше с немецкой стороны не поощрять культурное развитие, а предоставить украинцев самим себе, т.е. оставить в нынешней примитивности" (19).

Чем дальше шла война, тем больше в дневниках Розенберга встречается упоминаний о провалах немецкой политики и о том тупике, в который она зашла. 18 декабря 1942 г. он записал: "Офицеры были единодушны во мнении, что русская нация является основным двигателем сопротивления. Их, русских, следует сделать активными борцами со Сталиным… но им всем нужна русская родина. Если таковую им не могут обещать, то возникает непосредственная опасность, что они перейдут на сторону партизанских банд. То есть решающая проблема заключается в том, можно ли будет удержать кавказцев, украинцев и пр. и одновременно гарантировать русским развитие их народа между Москвой и Уралом плюс в Сибири?.. Вся беседа показала одно: точка зрения, что славянами надо править только "сильной рукой", была неверна... Демонстрировать чужим народам презрение – это не политика, а болезненное тщеславие вассала" (20). И, наконец, наступил закономерный финал: "Почти все восточные территории потеряны. Аппарат Восточного министерства будет вскоре сокращаться, отделы будут закрываться... Ревель, старая родина, сгорел, как прежде и Нарва... Все символы личных воспоминаний юности рушатся" (запись от 20 октября 1944 г.) (21).

Политические дневники Розенберга – это не только документ личного характера, который поможет понять воззрения одного из идеологов нацизма. Это ещё один обвинительный акт нацизму, его антихристианской и антирусской политике, приговор идеологии, под флагом которой были совершены преступления, которых мир раньше не знал.

Автор: Залесский К. А., вице-президент Ассоциации историков Второй мировой войны им. О. А. Ржешевского, член-корреспондент РАЕН

1 Рецензия на книгу: Политический дневник Альфреда Розенберга, 1934–1944 гг./ под ред. И. Петрова; пер. с нем. С. Визигиной, И. Петрова; коммент. С. Визигиной, А. Дюкова, В. Симиндея, И. Петрова; предисл. А. Дюкова; сопр. ст. И. Петрова. М.: Историческая память: Русская книга, 2015. 448 с.

2 Тот ли Розенберг? // Российская газета: URL: http://www.rg.ru/2013/06/11/dnevnik.html (дата обращения: 14.12.2015).

3 Memoirs of Alfred Rosenberg. The last testament of one of history’s most dangerousmen. With analitical commentary at Serge Land and Ernst vin Schenck. Chicago; New York: Ziff-Davies Publ. Co., 1949. XXII, 328 p.

4 Русское издание книги: Розенберг А. Мемуары / А. Розенберг; коммент. С. Ланга, Э. фон Шенка. Харьков: ДИВ, 2005. 416 с.

5 См.: Тот ли Розенберг?// Российская газета. 11.06.2013

6 Нюрнбергский процесс над главными немецкими военными преступниками: сб. материалов: в 7 т. / под ред. Р. А. Руденко. М.: Гос. изд-во юрид. лит., 1961. Т. 7. С. 452–455.

7 Роберт Кемпнер (1899–1993) с 1928 г. был главным юридическим советником прусской полиции, в 1933 г. был уволен, а в 1935 г. лишён германского гражданства и

эмигрировал сначала в Италию, а затем в США. После Нюрнберга он работал в США

8 Alfred Rosenberg Diary // Collections Search: URL: http://collections.ushmm.org/view/2001.62.14 (дата обращения: 14.12.2015).

9 Alfred Rosenberg. Die Tagebücher von 1934 bis 1944 / Jürgen Matthäus, Frank Bajohr (Hrsg.). Frankfurt am Main: S. Fischer, 2015. 650 s.

10 То есть имперского руководителя – главы ведомства в Имперском руководстве НСДАП.

11 Политический дневник Альфреда Розенберга… С. 343.

12 Там же. С. 193.

13 Там же. С. 195.

14 Политический дневник Альфреда Розенберга… С. 290.

15 Там же. С. 298.

16 Там же. С. 308.

17 Там же. С. 286.

18 Там же. С. 326.